«Государственность, законность, честь...»

file/main/70_let_pobedi_s.jpg

К годовщине Победы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 г.г.

                                         

Дошел до Берлина!

file/main/starostin/1i.jpg

Старостин Константин Яковлевич родился 17 марта 1915 года в деревне Анненково Белебеевского района Башкирской АССР в крестьянской семье.

В семье было  7 детей: старший брат Иван родился в 1907 году, а младшая сестра Матрена – 1925 году.

Несмотря на свой возраст (101 год), Константин Яковлевич помнит, что в годы Гражданской войны их деревня несколько раз переходила из рук в руки:

" -  То её займут белые, то красные, и все ставили мужиков под ружье, и всех надо было накормить", – вспоминает он.

В 1927 году Костя окончил четырехлетнюю школу и стал помогать отцу в домашней работе.

Жили своим хозяйством, держали две коровы, лошадь и домашнюю птицу, выращивали в большом огороде овощи. Когда дети подросли и стали хорошими работниками, в семье появился достаток, нажитый тяжелым крестьянским трудом.

На семейном совете решили приобрести вместе с семьей брата отца молотилку: как - никак в семьях почти одни мужики - работники!  

Сказано – сделано! И вскоре вся деревня стала привозить им пшеницу на молотьбу, только успевай оттаскивать мешки!  Постепенно хозяйство разрослось. Старший брат женился, да и остальные братья заженихались.  Живи – радуйся!

Но началась коллективизация. В деревне организовали колхоз «За коммунизм!», в которой самыми первыми записались безлошадные крестьяне. А те кто, крепко стояли на ногах – не спешили: при вступлении в коллективное хозяйствование надо было сдавать свою скотину и не только ее… Думали, что пронесет.

Но "добрые люди" помогли… 

Осенью 1930 года семью раскулачили. Забрали в колхоз молотилку, лошадь и корову, а главу семьи и старшего сына Ивана арестовали. И после показательного суда на 10 лет отправили на Соловки. Так на долгие годы за Старостиными закрепилось клеймо: семья врага народа… В семье Ивана в то время только-только появился на свет ребёнок…

В 1940 году вернулись старшие Старостины домой. Но лесоповал подорвал здоровье Ивану, через месяц он отошел в мир иной…

К тому времени Константин уже женился, и появилась на свет дочь Зоя.

В начале июня 1941 года призвали Константина на службу в трудовую армию. Уже в дороге узнали, что началась война с германцем.

В трудовой армии вместе с такими же, как он неблагонадежными (сын врага народа…), новобранцами валил лес в Архангельской области для возведения оборонительных сооружении. Затем в Волхове проверенные трудармейцы влились в 590-й отдельный строительный батальон 86-го дорожно–эксплуатационного полка 177-ой дивизии. Подразделение направили на Волховский фронт, который долгое время держал оборону на подступах к блокадному Ленинграду. Вспоминая о том времени, маршал К.А. Мерецков писал: «Хотя река Волхов почти всё время оставалась главной разграничительной полосой между нами и немцами, Волховский фронт не был пассивным. Напряжённые боевые действия велись круглый год. Они не прекращались ни в дни весеннего половодья, ни во время осенних дождей. Упорные бои за отдельные плацдармы, грунтовые дороги, железнодорожные насыпи и броды, населённые пункты и господствующие над болотами высоты сменялись здесь крупными операциями с привлечением усилий ряда других фронтов».

 file/main/starostin/2.jpg

Боевое крещение

Строительный батальон первые дни войны был не в самом пекле, а в тылу фронта. Немецкие войска рвутся к Ленинграду со стороны Пскова и Эстонии. Полк  обеспечивал бесперебойное продвижение машин, боевой техники, людского пополнения фронта на участке дороги Толмачево - Луга. Немец понимал значение этого участка фронтовой дороги, делал всё, чтобы затормозить, прервать движение, бил из орудий крупного калибра, бомбил сверху. После каждого налета часть не досчитывалась бойцов…

В конце июля 18-я армия фон Кюхлера ценой больших потерь вышла к Луге. Наши войска путь к Ленинграду  преградили на Лужском рубеже. Поэтому наступление противника развивалось севернее и южнее Луги. Немцы неожиданно нанесли удар у совхоза «Солнцев берег», на 17-м километре шоссейной дороги провали линию обороны, угрожая захватить Лугу. Плотность наших войск оставалась достаточно низкой. 177-я стрелковая дивизия Лужского участка обороны, прикрывая важнейшее направление на город Лугу и имея перед собой три дивизии противника, занимала оборону на фронте 22 километров.

86-й дорожно-эксплуатационный полк прибыл в район Толмачёво, на концевую станцию на железной дороге Ленинград - Луга. Здесь строителям впервые пришлось участвовать в боях.

Прорвав на небольшом участке оборону в лобовой атаке, немцы не смогли развить успех, сил не хватило. И используя ночь, спешили пополнить резервы.

Командование решило опередить фрицев, нанести ночью контрудар, восстановить утраченные позиции, для этого были подняты резервы, тыловые части, инженерные войска.

 В ночном сражении, перешедшее в рукопашную схватку, красноармейцы выбили немцев из опорного пункта и удерживали его до подхода подкрепления.

После выполнения поставленной задачи, оставшиеся в живых  дорожники были выведены из боя.

 В течение декабря 1941 года 177-я дивизия была вновь укомплектована. В неё направлялись маршевые роты и команды выздоравливающих.

Новый командующий 54-й армией генерал-майор И.И. Федюнинский удивительно быстро восстановил фронт под Волховом.

А 86-ой дорожно – эксплутационный полк, в котором служил Константин Старостин, приступил к обслуживанию «Дороги жизни»,  защищал железнодорожный мост через Волхов на Ленинград, первенец  ГОЭЛРО - Волховскую ГЭС, а также завод крылатого металла -  Волховский алюминиевый.

 file/main/starostin/3.jpg

(На фото: «Дорога жизни»)

В декабре-январе 1942 года часть дислоцировалась в лесном треугольнике Тихвин - Волхов – Кириши. Дорога через Ладожское озеро и грунтовые участки на северо-восток от Кобоны, затем по лесным дебрям на северо-восток до станции Подборье были для лениградцев настоящей Дорогой жизни, всего 308 километров, их них 30 по льду Ладожского озера. По ней везли хлеб и другое продовольствие из центра России. С началом её работы в третьей декаде декабря город вздохнул легче. С освобождением Тихвина основные грузы бесконечным потоком шли через Волхов.

 Но очень часто Дорога жизни была и дорогой смерти, слишком трудно было её защищать, фашисты делали всё, чтобы умертвить движущееся.

 И за зимний период войны часть понесла большие потери. Остатки 86-го дорожно - эксплуатационного полка с грунтового участка  «Дороги жизни» (Кобона – Волхов) были выведены на переформирование.

 

Из воспоминаний однополчанина Старостина -  Александра Тихоновича Дронова (1916-1984), уроженеца станицы Казанской В-Донского округа Области Войска Донского:

-  После ночного перехода сосредоточились в районе торфяных поселков под Синявиным. После небольшого отдыха остатки полка построились на большой лесной поляне.

. К строю подходит начальник штаба полка, за ним незнакомый артиллерист. Всем красив - стать, выправка, мужественное лицо, глаза приветливые и смелые. Шагает вдоль строя, пристально всматривается в каждого, то на одного, то на другого показывает рукой:

- Ты. Ты. Ты…

Попал и я. Пройдя до конца недлинного строя, офицер приказал выйти избранным.  Рассчитались, закончили сороковым, все, как на подбор, рослые, стройные, подтянутые. Подошёл старший сержант, чувствуется воин кадровой закалки, боем опалённый, представился:

- Помкомвзода разведки.

У командира на груди орден Красной Звезды, у разведчика - медаль «За Отвагу», правительственные награды в 1941-1942 годах были редкостью, в нашем полку их было лишь три. Старший сержант собрал красноармейские книжки, отнёс писарям, вернулся к строю, приказал снять и раскрыть вещевые мешки. Что было лишним, распорядился выбросить, двоих красноармейцев, имевших в шмотках непотребное, вывел из строя, заявив:

- В артиллерию и разведку барахольщиков, мародёров не берут.

Проверил заправку, многим подтянул ремень на одну-две дырки, пилотки приказал надеть, как положено, а не «лопухом на уши», повёл лесом в штаб артиллерийского полка 177-й стрелковой дивизии. Самых-самых забрал в разведчики, меня направили во вторую батарею 262-го артполка 1-го стрелкового корпуса. Так я стал артиллеристом.

. Обезлюдивший полк расформировали, передали в 177-ю стрелковую дивизию и сразу в бой, сразу! В атаке были ранены Леонид Дурасов, Петро Осадчий, комвзвода Сидорчук, многие другие…».

                                                  

Разведка боем

 Так рядовой Старостин попал в 53 – й стрелковый полк, в этом бою он уцелел…

Готовясь к очередной попытке прорывы блокады Ленинграда, в октябре 1943 года командование части решило провести разведку боем. Ночью разведвзвод, усиленный  добровольцами, среди которых был и Константин,  переправился на лодках через реку Волхов и отчаянным броском выбил немцев из первой линии обороны.

Константин, вместе с оставшимися в живых после рукопашной схватки красноармейцами, перебегая с места на место, вел огонь из всех видов стрелкового оружия, создавая иллюзию большой численности защитников плацдарма. Немцы обрушили на обороняющихся минометный и пулеметный огонь. Этого и ждали разведчики, которые засекали огневые точки противника и наносили их на карту. Задача была выполнена. Но уже под утро были ранены командир сводной роты и рядовой Старостин. Лишь вечером под огнем немцев замерзающих от холода и сырости раненых с трудом переправил плоту на  восточный берег Волхова повар полевой кухни. Что стало с остальными боевыми товарищами, Константин так и не узнал. Рана была серьезной, и после очередной перевязки в медсанбате его   отправили в глубокий тыл.

                                        

После домашних хлебов, опять на фронт…

 Почти полгода он был на излечении в госпитале, который находился в Вологде. Рана не заживала, и гипс с ноги долго не снимали. Врачебная комиссия решила отправить его на полгода на домашние харчи для выздоровления. До железнодорожного вокзала  он, опираясь на костыль, дошел в сопровождении медсестры.  И через два дня  уже был на малой родине. На станции его ждала жена, которой сообщили по телефону о возвращении мужа. На лошади доехали до дома…

За деревенской страдой полгода пролетели незаметно. Как мог, успел подлатать дом, посадили в огороде овощи, накосили скотине сена, заготовили на зиму дрова…

 Осенью 1944 года на очередной медкомиссии Константина признали годным к нестроевой службе. Но он добился перевода в строевую часть действующей армии. И получил распределение для дальнейшего прохождения службы на 1-й Украинский фронт. При формировании вышедшей из боя части, попросился в отдельную разведроту 229-го стрелкового полка. Видать, осталась в памяти навсегда та разведка боем…

К тому времени, Красная Армия в жестоких боях изгнала фашистские войска с  нашей территории, и фронт перемещался на запад. Полковые разведчики днем вели наблюдение за немцами, а ночью по заданию командования часто ходили за линию фронта с целью захвата «языка» или разведки тылов неприятеля.  Пехотинец Константин Старостин освобождал от фашистов Прибалтику, Польшу, Германию.

file/main/starostin/4.jpg

(На фото: в центре Старков К.Я., Германии, 1945 год)

С 16-го апреля 1945 года часть принимает участие в Берлинской операции.

Дошли до Берлина.

 file/main/starostin/5.jpg

 

Но 2-го мая 1945 года их перебросили в Чехословакию на помощь местным жителям, восставших против захватчиков.

Закончили войну участием в Пражской операции (5 – 12 мая). Затем часть перевели в Венгрию. Уволился в запас старший сержант Старостин в октябре 1945 года.

Вернулся домой. Ударно трудился в колхозе. А в 1965 году с семьей переехал в Свердловск. Работал завхозом на Уралмаше. С женой Екатериной вырастили троих детей.

В 2004 году переехал в Сысерть к дочери Татьяне.

Сейчас Константину Яковлевичу 101 год! Годы берут свое… Но, несмотря на столь почтенный возраст, он помнит все основные вехи своей биографии, созвучную этапам истории нашей страны, которую он, несмотря на все перипетии трудной жизни, защищал, не жалея живота своего!

Олег Подкорытов                                                                        22.04. 2016 г.